Анна, дети и временные трудности

Анна, дети и временные трудности

О том, что у нее забрали детей, Анна узнала в больнице. Так вышло, что в больничный стационар она «загремела» на целых два месяца. Дома осталась Анина мама и трое детей: 11-летняя дочь Настя, семилетний Руслан и полугодовалый Максимка. Однажды бабушка не выдержала и позвонила в органы опеки. Потому что она работает, а внуков трое. И с ними трудно. 
Из опеки пришли, посмотрели на детей, на бабушку, на условия проживания семьи. И сказали, что детей заберут. До тех пор, пока Анна не вернется из больницы и не сделает в доме ремонт. Потому что в доме был пожар, и в нем все, как было после пожара, так и осталось. Поэтому детям тут не место. С согласия бабушки малыша поместили в «Дом малютки», старших, Настю и Руслана – в социально-реабилитационный центр (СРЦ). 
Им, конечно, сказали, что это временно. Но когда закончится это самое «временно» – не объяснили. К тому же там, в центре, были и другие дети, которым тоже сначала говорили про «временно», а потом так и не забирали. Наверное, Насте и Руслану было бы проще, если бы их кто-то навещал. Но бабушке было некогда. А маме, пока в больнице лежала – невозможно. 
Так и вышло, что Аня вернулась в пустой, без детей, дом. В тот момент она была уверена, что теперь-то уж точно весь мир — против нее. А хуже всего было то, что у нее совершенно не оставалось сил этому миру противостоять. Не было сил верить, что все можно наладить. И когда к ней пришли из фонда «Доброе дело», тоже не поверила, что это пришли помочь, а не сделать еще хуже. 

Нам позвонили из опеки, рассказали ситуацию. Что есть мать — нормальная, непьющая, просто очень бедная. С нею самой контакт удалось установить не сразу — она боялась, не хотела ничего рассказывать. Но постепенно оттаяла, рассказала свою историю. Было видно, что она очень любит своих детей. А потом оказалось, что у Ани есть и напористость, и выдержка, и готовность бороться, – рассказывает специалист программы "Профилактика социального сиротства" фонда «Доброе дело» Екатерина Гребенникова. 

Вскоре в доме начался ремонт. Анне помогли купить необходимые стройматериалы, провести и подключить газ. В любую свободную минутку она бегала навещать к детей. И вот летом старшие, наконец, смогли вернуться домой. Осенью Руслан пошел в первый класс. Фонд помогал детскими вещами, иногда — продуктами. А самое главное – Аня больше не была «одна против всего мира», у нее было, с кем поговорить, у кого спросить совета и попросить поддержки. И силы стали возвращаться. 
В декабре она забрала из «Дома малютки» младшего сына. Новый год встречали уже все вместе. Дома. 
На фотографиях из личного дела Анны в фонде «Доброе дело» (такие дела заводятся на все подопечные семьи) – вся семья в сборе. Вот они забирают детскую коляску для Максимки. Вот «встречают» мешки с цементом. А вот — самая счастливая, новогодняя фотография. На ней у Руслана и Насти в руках – совершенно одинаковые подарки, здоровенные игрушечные машины.  
– Чтобы не дрались, – поясняет Анна свою просьбу об одинаковых подарках. Так у них заведено – всем всего должно доставаться точно поровну. И никому – лучше или хуже. Это Аня так решила. Давно, ещё в детстве. В детстве вообще хорошо запоминается, когда балуют не тебя, а, например, брата. Аню в детстве не баловали. Брату она, конечно, сначала завидовала. А потом пообещала себе, что в ее семье все будет по-другому. 
Ее собственная семья, правда, долго не хотела складываться. С тремя мужчинами она честно пыталась построить отношения. Не получилось. Но теперь семья все равно есть – она сама и ее дети. А пару месяцев назад добавился еще и щенок Локки – всеобщий любимец. Живут, как говорится, в тесноте, да не в обиде – домик, пусть крошечный, но свой. И ремонт в нем почти закончен, осталось обои поклеить. 

– Я хочу, чтобы тут детские обои были. Посмотрим, может, где-то на распродаже возьмем, – показывает Анна оставшийся фронт работ. 
– Мама, а где у нас отвертка? Мне крестовая нужна! – перебивает Руслан. Он недавно пришел из школы и что-то увлеченно раскручивает в остатках DVD-плеера. И вдруг аж подскакивает на месте:  
– Мама! У меня сегодня «пятерка»! По математике! Прямо красной пастой! И еще в дневнике одна… Нет, две! 

В школу Руслан пошел, по нынешним меркам, неподготовленным. Ни читать, ни писать толком не умел. Не успел научиться. В классе он автоматически стал «отстающим», наладить отношения с учительницей не получилось. В итоге Аня просто перевела сына в другую школу. Сейчас мальчик нормально учится, радует маму хорошими оценками, дополнительно занимается в секции рукопашного боя. 
Его старшая сестра Настя ходит в шестой класс и мечтает о секции воздушной гимнастики. А младший Максимка, похоже, пока просто счастлив. Он уже не пытается спрятаться от чужих людей и даже улыбается гостям. Мальчик провел в «Доме малютки» около года. Когда его забрали домой, он долго не шел на контакт ни с кем, все время держался за маму – боялся отпустить, снова потеряться… 
Как только Максимку возьмут в ясли, Анна готовится выйти на работу. От работы она вообще-то никогда не бегала — и реализатором на рынке была, и нянечкой детском саду, и уборщицей в магазине. Теперь хочет устроиться кассиром в супермаркет. А пока что семья живет, в основном, на «детские». Немного помогает Анина мама. Сказать, что мать и дочь после всего случившегося живут «душа в душу» было бы, конечно, большим преувеличением. Но худой мир лучше доброй ссоры. 
Сейчас с детьми и с самой Анной продолжает работать психолог фонда «Доброе дело». Потому что мало сделать ремонт в доме и вернуть детей. Необходимо еще вырастить тот самый «внутренний ресурс», который поможет этой семье жить дальше и найти себя в этом мире. Найти — и больше не терять.  
Несмотря ни на что, Анна кажется очень позитивной. Много улыбается. На вопросы о том, что будет дальше, отвечает лихо: «Прорвемся!». А когда я спрашиваю ее — возможно ли, хотя бы теоретически, в сложной ситуации временно отдать детей на попечение государства, говорит, медленно и четко выговаривая каждый слог: «Ни – за – что!». 
Помощь таким семьям, как Анина, возможна благодаря программе фонда «Доброе дело», которая называется «Профилактика социального сиротства». Это не про детей-сирот, оставшихся без родителей, и даже не про детей-«отказников», оставленных мамами в роддоме. Это про детей, у которых есть родители. Но иногда случается так, что семья попадает в кризисную ситуацию. И родители либо, как в случае с Аниными детьми, ближайшие родственники, пишут заявление о временном размещении детей в детских учреждениях. И тут самое главное – сделать так, чтобы «временное» не стало «постоянным». 
Такие дети не подлежат усыновлению – юридически у них есть родители. Но дело не только в этом. Дело, прежде всего, в том, что родная любящая семья — это все же лучшее, что можно дать ребенку. Даже если в ней есть только мама. Даже если в ней не хватает денег. Все это — по сути, просто временные трудности, которые можно и нужно преодолевать. И дети тоже должны этому учиться. Лучше всего — рядом с родными людьми.

Ежегодно фонд «Доброе дело» помогает десяткам детей вернуться в родные семьи и на протяжении продолжительного времени отслеживает их судьбу. Поддержать программу «Профилактика социального сиротства» можно здесь.

П.С. Фото взято из сети Интернет.

Наши партнёры

Все партнёры

© 2011–2019, фонд «Доброе дело»

Все права на материалы, находящиеся на сайте, охраняются в соответствии с законодательством РФ. При использовании любых материалов ресурса прямая ссылка обязательна.
Я принимаю Яндекс.Деньги

Разработка сайта — «Askaron Systems»
Проекты CRM Документы